Шах и мат 6 страница

Их вызвали по тревоге и сообщили, что на баконьской дороге, там, где вплотную к ней подходит густой лес, утром на одном из многочисленных крутых поворотов была подорвана закрытая машина, на которой обычно доставляли зарплату шахтерам.

Оперативная группа капитана Шатори сразу же выехала в областное управление полиции. Капитана в первую очередь интересовало точное время совершения преступления. Ответ, полученный на его вопрос, отнюдь не удовлетворил Шатори. Грабители, по предварительным подсчетам, похитили приблизительно полмиллиона форинтов, а затем столкнули машину в пропасть и скрылись в неизвестном направлении, имея форы шесть часов.

Прибыв на место преступления, следователи и криминалисты, осмотрев дорогу и взорванную машину, долго и безрезультатно спорили о том, чем взорвана машина: одни утверждали, что миной, оставшейся со времен войны, другие же считали, что это был, видимо, самодельный взрывной заряд с часовым механизмом.

Посреди неширокой дороги виднелась небольшая воронка диаметром в тридцать сантиметров.

— Где служил в армии? — спросил Шатори старшину.

— В артиллерии, — не без гордости ответил Чупати.

— Можешь отличить запах тола от запаха динамита?

— Это не только я могу, но и Кантор…

— Понятно.

Капитан попросил всех присутствующих сойти на обочину дороги. Чупати пристегнул к ошейнику Кантора поводок и подвел его к воронке. У края воронки старшина присел на корточки, взял горсть земли, понюхал и даже попробовал на язык.

Кантор вел себя неспокойно, нервничал. Пес дергался всем телом, но с места не сходил, наблюдая за каждым движением хозяина. Кантора очень взволновало, когда он увидел, что хозяин взял в рот.

Старшина посмотрел на Кантора и выплюнул на ладонь камешек, который взял в рот.

Кантор понял: теперь его очередь действовать. Одним прыжком он очутился рядом с хозяином и, сунув нос в воронку, схватил зубами небольшой камень.

— Успокойся, — тихо сказал старшина овчарке.

— Ну? — с беспокойством спросил Шатори.

— Тол, — спокойно ответил старшина, вставая на ноги.

— Выходит, не самоделка?

— Нет!

— Тогда что же это, по-твоему? — И капитан показал старшине обломок какой-то никелированной пластинки.

— Крышка от часов моей бабушки.

— Вот и пил бы чай со своей бабушкой, а не темнил бы дело, коли не понимаешь! — обиженным тоном проговорил вызванный на место происшествия военный минер.

Шатори взял старшину под руку и отвел в сторонку:

— А ты не забыл случай с собаками, которые носили на себе толовые заряды?

— Думаешь, и здесь то же самое?

— Нет. Здесь не обошлось без бикфордова шнура. Видишь, бледный след на дороге, как от веревочки.



— Он ведет к кустам.

— Пусти Кантора.

Чупати пустил овчарку, и она повела старшину к скале, но, пройдя буквально несколько шагов, вдруг чихнула раз, другой, еще и еще.

— Что такое? — спросил Шатори.

Старшина поднял с земли лист клена и, понюхав его, протянул капитану:

— Понюхай… и ты сейчас зачихаешь.

— Что за черт! — воскликнул капитан.

— То-то и оно! Смесь красного и черного перца. Эти бандиты знали, что делали.

— Значит, Кантор нам ничем не поможет? — Капитан растерянно переступал с ноги на ногу.

— Кто знает, — ответил Чупати и, наклонившись к уху Шатори, прошептал: — Товарищ капитан, отошли всех отсюда, оставь одного лейтенанта Кути, я попробую еще раз пустить Кантора по следу.

Капитан согласился:

— Мы все пойдем сейчас на шахту. Если что, там нас и найдешь.

— О'кей! — Старшина жестом подозвал Кути, а пока тот подходил, сказал капитану: — Только я прошу: если Кантор следа не возьмет, чтоб никаких насмешек не было. Иначе я не согласен.

— Насмешек не будет. А что тогда делать?

— А это будет зависеть… — Старшина потер пальцами мочку уха.

— От чего?

— От того, какой отрезок пути посыпан перцем. Если метров сто, то это еще ничего. А если больше, то тут придется повозиться. Придется облазить на пузе полгоры, пока пес не нападет на след.

С полчаса шагали по долине в сторону железной дороги. Пес шел, подняв морду. Это означало, что путь все еще посыпан перцем. Пройдя с километр, вышли к железнодорожным путям. Кантор перескочил полотно и вдруг остановился. Он уже не чихал, но и к земле не наклонялся.

— Ничего не вышло, — сделал заключение старшина и зашагал по направлению к шахте. Лейтенант Кути молча следовал за Чупати.

Увидев старшину, капитан чуть было не выругался. Капитан, разумеется, понимал, что на этот раз они имеют дело с очень опытным противником, который перехитрил даже овчарку.

— Товарищ начальник, все нужно начинать сначала — предложил Чупати.

— Сначала? А что ты можешь начать? Ты же сам сказал, что дело это безнадежное?

— Нужно дать Кантору понюхать чистый запах следа.

— Ну что ж. Вернись, и пусть обнюхает кусты.

К капитану подошел управляющий шахтой и спросил, что ему теперь делать: шахтеры свободной смены собрались у кассы и ждут выдачи зарплаты.



Выглянув в окно, Шатори увидел толпившихся шахтеров. Подумав, капитан спросил:

— А кто выписывает зарплату?

— Как кто? Бухгалтер, — ответил управляющий.

Через минуту в кабинет управляющего вбежал председатель местного комитета. Увидев посторонних людей, он несколько замешкался, а потом спросил:

— Шахтеры волнуются! Что делать?

— Я уже звонил в трест, мне обещали выслать деньги.

— Но когда это будет?! — не успокаивался председатель месткома.

— Этого я не знаю.

Председатель месткома безнадежно махнул рукой и вышел.

— Шестьсот человек ждут, — сказал управляющий, повернувшись к Шатори. Капитан пожал плечами.

— А где бухгалтер?

— Товарищ капитан, меня сейчас эта толпа потрясет как следует, а вы интересуетесь бухгалтером.

— Я следователь и потому вправе задавать вам такие вопросы.

— Вам легко говорить… Бухгалтер в отпуске.

— С какого числа?

— Со вчерашнего дня.

— Как его фамилия?

— Казмер Хайду.

— Давно он у вас работает?

— Восемь лет.

— Как вы полагаете, кто знал точное время, когда привозят зарплату?

Управляющий поднял руку и начал считать по пальцам:

— Во-первых, я сам. Во-вторых, бухгалтер. В-третьих, человек, которого мы посылали в трест. В-четвертых, шофер. В-пятых, сотрудники финансового отдела треста. В-шестых… — Здесь голос управляющего сорвался на фальцет. — Черт возьми, кто же еще?

— Вы учились в Шопроне?

Вопрос капитана удивил управляющего.

— Начал учиться в Шельмеце, а закончил, действительно, в Шопроне.

— Я так и понял, — заметил капитан.

— Как это так?

— По разговору понял.

Управляющий нервно засмеялся и проговорил:

— Если бы не то дурацкое положение, в котором я сейчас нахожусь, я бы с вами поговорил… Если вы это к тому ведете, чтобы спросить, выпиваю ли я, то я отвечу: да, выпиваю. Иногда — больше, иногда — меньше. Вот вы попробуйте провести восемь часов под землей, тогда поймете, что это такое и как человека, оказавшегося после этого наверху, жажда мучит…

— Я не это имел в виду… Ну да все равно… А кто имеет доступ к взрывчатке?

— Подрывники.

— А сколько их всего?

— Шестеро.

— А кто ими руководит?

— Начальник взрывных работ.

— Могу я с ним поговорить?

— Конечно. — Приоткрыв дверь в соседнюю комнату, управляющий громко крикнул: — Эржике! Пошлите ко мне начальника взрывных работ! И пусть захватит с собой списки подрывников.

Шатори подошел к окну. Вдали виднелись склоны гор, меж которыми была зажата долина. Лес горел осенними красками.

Через несколько минут в кабинет просунулась чья-то голова.

— Начальник, вызывали меня?

— Вот с тобой товарищ капитан хочет поговорить.

— Пожалуйста. — В комнату вошел худощавый мужчина средних лет.

— Как учитывается взрывчатка, выдаваемая для производства работ?

— Пожалуйста. — Мужчина протянул Шатори толстую тетрадь в замасленном переплете.

Шатори раскрыл тетрадь наугад и полистал.

— Расход большой?

— Знаете, какой здесь грунт? Взрывчатки много требуется.

— А сколько все-таки?

— Много.

— И кто ее получает?

— Подрывники.

— А их как контролируете?

— У каждого из них есть своя тетрадка, куда они и заносят все данные.

— Короче говоря, незаметно один-два заряда можно выписать?

— Ну, как вы такое могли подумать? Подрывники у нас все люди надежные, серьезные. Все окончили курсы, каждый из них до этого проработал не меньше десяти лет.

— Кто из них за последнее время получил со склада взрывчатки больше всех?

— Минутку… — Мужчина начал листать свою тетрадку и что-то подсчитывать в уме. — В прошлом месяце — бригады Канижала, Авара и Винце… — И, повернувшись к управляющему, спросил: — Бригада Винце в августе работала?

— Да.

— Спасибо, — кивнул Шатори, записывая что-то в блокнот.

— У вас все? — спросил подрывник.

— Да, спасибо.

— Желаю удачи.

Подрывник ушел, а управляющий шахтой спросил:

— Уж не думаете ли вы, товарищ капитан, что у нас крадут взрывчатку?

— Пока я ничего не думаю. Прошу вас, покажите мне бухгалтерию.

Управляющий подвел капитана к комнате, где размещалась бухгалтерия:

— Вот она, небольшая комната, и все…

В углу комнаты стоял несгораемый шкаф, перед ним — письменный стол бухгалтера. В соседней комнате работала молодая женщина.

— Это Марика, наш администратор, — представил женщину управляющий.

Шатори лукаво подмигнул женщине и спросил:

— Есть у вас полотенце, которым пользовался бухгалтер? Или какой-нибудь предмет?

Молодая женщина услужливо открыла шкаф и показала на одну из полок. Там лежали какие-то вещи.

— Прошу не прикасаться к ним.

Прежде чем позвать старшину Чупати, капитан долго и сосредоточенно о чем-то думал. Затянувшееся молчание становилось невыносимым. Управляющий шахтой переступал с ноги на ногу. Женщина-администратор стояла прислонившись к стене, бледная, как полотно.

Шатори же лихорадочно оценивал случившееся. Кто-то из местных сотрудников точно знал, когда будет ехать машина с деньгами. И этот кто-то прекрасно знал не только время, но и точный маршрут движения, а также место, где менее всего вероятна встреча с посторонними людьми. Но кто именно? К тому же, это был человек, неплохо знающий собак. В противном случае он не додумался бы посыпать путь перцем. Такие вещи хорошо знают полицейские и люди, работающие с собаками.

Беспокойное покашливание управляющего вывело капитана из задумчивости.

— Подождите минутку, — сказал капитан управляющему и, открыв дверь в коридор, прислушался.

Отчетливо послышался голос председателя месткома:

— Товарищи! Прошу спокойствия! Вы же знаете, что произошло… Машину с зарплатой ограбили бандиты…

Последующие слова председателя потонули в хоре возмущенных голосов шахтеров. По коридору, громко стуча сапогами, шел Калди.

Капитан Шатори испытывал горькое чувство. Налицо было бандитское ограбление, и ограбление не одного человека, а нескольких сотен людей, которые зарабатывают себе на хлеб тяжелым трудом.

В конце коридора показался Кантор, позади него шел старшина Чупати.

Когда старшина вошел в комнату, Шатори, показав рукой на шкаф, сказал:

— Тут вот есть кое-какие вещички.

— Вот это полотенце, видимо, как раз то, что нам нужно, — заметил старшина и взял в руки грязное махровое полотенце. — Ну-ка, Тютю, понюхай. Оно уж, наверное, без перца.

Кантор, глубоко втягивая носом воздух, несколько раз обнюхал полотенце и отвернул голову. Затем он стал нюхать пол и пошел к выходу.

— Как работает служебно-розыскная собака, вы все равно никогда не видели, так что пойдемте посмотрите, — предложил Шатори управляющему.

В коридоре капитан приказал Калди прислать им сопровождающих, а самому вместе с Кути поговорить со служащими шахтоуправления.

Управляющий, не возражая, пошел за капитаном. В коридоре он предложил выйти из помещения через черный ход, на что капитан лишь махнул рукой.

Кантор неуверенным шагом вышел на улицу. Старшина еще раз дал ему понюхать полотенце.

Толпившиеся перед зданием шахтоуправления люди оживленно обсуждали случившееся. Председатель месткома проворно сновал от одной группы людей к другой и что-то объяснял.

Увидев полицейских с собакой, шахтеры притихли. Сотни человеческих глаз следили за Кантором.

Овчарка направилась к лесу, что рос по склону горы до самой шахты. Обойдя стороной шахтный подъемник, пес пошел по тропке в гору. Полицейские молча следовали за ним.

Шахтерский поселок находился примерно в полутора километрах от шахты. Домики были двухэтажные, почти все новые, свежепобеленные.

Кантор остановился у корчмы и оглянулся. Убедившись, что Чупати идет вслед за ним, Кантор вошел в корчму. Обойдя помещение, пес направился к стойке и, усевшись перед ней, уставился на Чупати.

В корчме было полно народу. Шатори жестом подозвал корчмаря.

— Шахтерский кассир к вам заходит? — спросил его капитан.

— Вы имеете в виду бухгалтера?

— Да.

— Утром заходил, выпил рюмку коньяку.

— Ничего не говорил?

Вопрос прозвучал несколько странно. Шатори и сам это понял.

— Как вас следует понимать?

— Как спросил, так и понимайте! Он ничего не говорил, где будет проводить свой отпуск? Уедет куда или нет?

— Нет, не говорил. Мы с ним, собственно, и не разговаривали вовсе. Вместе с ним был какой-то незнакомец. Я еще подумал, кто бы это мог быть. Они почти но разговаривали. Обычно, когда к нам кто заходит из шахтоуправления, то всегда что-нибудь расскажет, а эти выпили коньяку и ушли.

— Куда?

— А вот этого я не знаю, — пожал плечами корчмарь.

Кантор по приказу хозяина еще раз обследовал притихшую корчму и вышел на улицу.

Чупати опять дал овчарке понюхать полотенце и сказал:

— Ищи! След!

По небольшому мостику Кантор перешел через ручей и остановился у одного из домов с небольшим садиком.

Чупати открыл калитку, и они вошли во двор. На скрип калитки из дома выглянула пожилая женщина.

Не обратив на нее ни малейшего внимания, пес вбежал в прихожую.

— Кто вы такая? — спросил женщину старшина.

— Я жена Худака. А что вам нужно?

— Мы из полиции, мамаша…

— Казмер Хайду здесь живет? — перебил старшину капитан, который подумывал уже о том, под каким предлогом ему произвести здесь обыск. Наконец Шатори решил, что лучше всего положиться в этом вопросе на местные власти, благо и управляющий шахтой тоже здесь.

— Да, — ответил вместо женщины несколько удивленный управляющий. — Казмер живет в этом доме, но вы-то об этом откуда знаете?

— Знаем не мы, а вот он. — И Шатори с улыбкой показал на Кантора.

— Бухгалтер дома?

— Нет.

— Это его дом?

— Нет, это наш дом, — ответила женщина. — Мы взяли ссуду в банке и построили… А почему вы спрашиваете?

— А вы не знаете, куда он ушел?

— В полдень он еще дома был, сказал, уезжает в отпуск…

— Казмер снимает у них комнату, — объяснил управляющий. — В прошлом году он развелся с женой и оставил ей и детишкам квартиру в городе.

— Спасибо за объяснение, — кивнул ему капитан и, повернувшись к женщине, спросил: — Хайду один уехал?

— Нет, вместе с ним был высокий мужчина, черноволосый такой, но он в дом не входил. Хайду взял свой чемодан и сказал, что его не будет целых две недели.

— Он и раньше уезжал?

— На неделе не уезжал, а когда в субботу не работал, то уезжал вечером в пятницу.

Кантор тем временем, обежав дом, вернулся на веранду. Старшина незаметно дернул капитана за рукав, желая сообщить ему что-то по секрету, однако капитан и сам понимал, что они напали на верный след. Посмотрев на хозяйку дома, Шатори спросил:

— А у вас, случайно, нет фотографии вашего квартиранта?

— Кого? — переспросила женщина, не сразу поняв его вопрос.

— Квартиранта вашего?

— Это Хайду, что ли? Не знаю… но я посмотрю у него в комнате… Пожалуйста, зайдите в дом.

«Раз сама хозяйка приглашает в дом посмотреть, то никакого ордера на обыск и не нужно», — подумал с облегчением капитан.

— Пошли посмотрим, — предложил управляющий.

Все вошли в комнату бухгалтера. Шатори в первую очередь выдвинул ящик шкафа и пашел там три фотокарточки для удостоверения личности. Шатори положил фото себе в карман. Шкаф он открывал так, чтобы пи к чему не прикасаться.

— Уже все?! — удивилась хозяйка, когда они вышли из комнаты на веранду. — Уж не случилось ли что с Хайду?

— Нет, нет, ничего не случилось. Мы просто хотели его найти. Я его старый знакомый… Ну, всего вам хорошего.

Выйдя на улицу и заметив, что управляющий шахты смотрит на него с удивлением, капитан объяснил:

— А я его и в самом деле знаю.

Когда полицейские вернулись на шахту, туда уже прибыла машина с деньгами, зарплату шахтеры получили. Деньги выдавала женщина с бледным лицом.

— Слава богу, — заметил капитан и тут же спросил управляющего: — Скажите, а посторонние у вас на шахте бывают?

— Мне об этом ничего не известно.

Из соседнего кабинета в коридор вышел Калди. Увидев капитана Шатори, он дал понять, что ему хотелось бы поговорить с ним без свидетелей.

— Вы свободны, — обратился капитан к управляющему. — Извините, что заставил вас совершить непредвиденную пешую прогулку.

— Это ничего.

— Продолжайте выполнять свои обязанности, и пусть все идет так, будто ничего не случилось.

— А что я должен сказать шахтерам?

— Ничего нового.

Доклад Калди был коротким, по заставил капитана задуматься.

— Позови ко мне начальника местной полиции, — попросил Шатори, когда Калди закончил.

Положение складывалось сложное. Выяснилось, что несколько недель назад местная полиция раскрыла в этом районе нити одного заговора. Сначала сообщение об этом заговоре показалось Шатори детским лепетом. Дело сводилось к тому, что несколько раскулаченных богатеев, некогда владевших большими участками виноградников, начали распространять по округе ложные слухи о том, что у шахтеров, мол, вот-вот отберут приусадебные участки и отдадут их сельхозкооперативу, что шахту наполовину прикроют и, следовательно, половина шахтеров останется безработными. Короче говоря, никаким заговором здесь, собственно, и не пахло, просто ненадежные элементы занимались распространением ложных слухов.

— Иногда дело политического толка ведет к раскрытию уголовного преступления, — подытожил начальник местной полиции свой доклад о положении в районе. Это тоже заинтересовало капитана Шатори.

— Ну что ж, судя по всему, вас ждет серьезная работа, — высказал предположение Шатори. — Нужно внимательно приглядываться к каждой мелочи и постараться узнать, кто и каким образом может выносить с шахты взрывчатку.

— Народу здесь живет много, и узнать это нелегко.

— Нелегко, но нужно! — настаивал Шатори. — Не так ли?

Оба начальника пришли к выводу, что работать им следует сообща, иначе нечего и надеяться на успех.

После этого разговора Шатори дал задание старшему лейтенанту Калди:

— Пойдите в корчму и попытайтесь установить, как выглядел тот тип, что заходил сегодня утром в корчму вместе с Хайду. Может, это тот же человек, что навещал его и вчера. Высокий, плечистый такой мужчина, элегантный, с густыми бровями…

Вынув из кармана фотографию, капитан долго изучал ее, а затем, подав Калди, спросил:

— Скажите, а вам эта физиономия незнакома?

Старший лейтенант, посмотрев фотокарточку, отрицательно покачал головой.

— Ну не беда. Значит, действуйте так, как я вам сказал.

Оставшись один, капитан опять взглянул на фото, а затем, задумавшись, стал смотреть в окно.

Из раздумья его вывел старшина Чупати. Он быстро вошел в кабинет и сказал:

— Товарищ начальник, Кантор ведет себя как-то беспокойно.

— А чего ты удивляешься? Столько людей — и не волноваться!

— Да я не о том беспокойстве говорю. Он меня хватает за брюки и тащит к запасному выходу.

— Что же он хочет?

— Не знаю. И полотенце ему уж больно не нравится.

— Полотенце Хайду?

— Да.

— А ну-ка пошли. Интересно, куда он нас поведет.

Кантор вывел их из шахтоуправления через заднюю дверь и, обогнув здание, побежал по той же тропинке, по какой до этого уже ходил в сторону леса.

Полицейские быстро шли вслед за овчаркой, стараясь не отставать.

— А тебе не кажется, что он опять ведет нас в корчму? — высказал свое предположение Шатори, остановив на миг старшину.

— Повернуть назад?

— У меня нет ни малейшего желания еще раз спускаться в долину.

— Тютю! Стой! — приказал старшина овчарке.

Услышав приказ хозяина, Кантор замер на месте и недовольно повернул голову.

— Не хочет идти обратно, — заметил Чупати.

— Странно… — проговорил капитан.

Старшина сделал несколько шагов вперед, и это послужило Кантору сигналом идти дальше. Пес не выпускал грязного полотенца из пасти и расстался с ним лишь после настойчивого требования Чупати.

Через несколько минут они подошли к шахтерскому поселку.

— Ну, я же говорил, что он опять поведет нас в корчму! — раздраженно сказал капитан.

Однако пес в корчму не пошел, а, завернув в первый переулок, снова направился к лесу.

— Бегает и пить не хочет! — заметил капитан.

— Это плохо! — вздохнул старшина.

Кантор между тем вывел их на старую, заброшенную тропинку, которая извивалась по склону горы. Пес бежал все быстрее и быстрее.

— Эй, не так быстро! — крикнул Кантору Чупати, вытирая платком струившийся по лицу пот.

Расщелина, по дну которой пролегала тропка, становилась все уже.

Пропетляв километра два, тропинка уперлась в большую террасу. В скале виднелся полузасыпанный вход в шахту, по обе стороны которого прилепилось несколько полуразрушенных деревянных бараков.

Капитан Шатори с подозрением осмотрел площадку. Людей нигде не было видно.

— Старая заброшенная шахта, — пробормотал себе под нос капитан.

Осень стояла в полном разгаре. Ветер с гор срывал с деревьев пожелтевшую, сухую листву.

Кантор направился к зданию, похожему на сарай. Подойдя к дверному проему, пес остановился и сердито зарычал. Шерсть на нем встала дыбом.

Чупати схватился за пистолет. Капитан жестом приказал полицейским окружить сарай.

Старшина чуть слышно свистнул, разрешая Кантору войти в сарай.

Пес скрылся в темноте, однако через несколько секунд его голова показалась в проеме двери: Кантор звал с собой хозяина.

— Пойдем, начальник! — кивнул Чупати капитану и смело вошел в сарай.

Старшина остановился, выжидая, пока глаза привыкнут к темноте, и вдруг испуганно попятился назад: в нескольких шагах от него на земле судорожно извивался человек.

Шатори подскочил к незнакомцу, перевернув его на спину, карманным фонариком осветил лицо.

На земле, обливаясь кровью, которая текла из ножевых ран, лежал мужчина.

— Узнаете? — спросил капитан подошедшего Кути и показал ему фотографию бухгалтера.

Молодой следователь молча кивнул.

— Обыщите его, — приказал капитан и вышел из сарая, чтобы связаться по радиотелефону с полицией.

Чупати, присев на корточки, внимательно осмотрел ботинки мужчины и затем, выйдя из сарая, начал искать отпечатки следов. В одном месте, где земля была мягкой, старшина обнаружил отпечатки двух следов, которые шли в одном направлении. Чупати тщательно замерил следы Один из них, сорок второго размера, оказался следом бухгалтера, другой — сорок пятого размера, с рифленой резиновой подошвой — принадлежал незнакомцу.

— Вот он, — с удовлетворением пробормотал Чупати.

— Что-нибудь нашли? — спросил Шатори.

— Свежие следы.

— Собака след возьмет?

— Возьмет, только нужно спешить.

Соединившись по радио со старшим лейтенантом Калди, капитан приказал прислать к заброшенной шахте машину.

Кантор не стоял на месте. Он уже вертелся возле полуразобранного шахтного подъемника.

— Товарищ капитан, Кантор зовет нас дальше! — крикнул старшина.

— Подожди немного! — ответил капитан и почему-то улыбнулся. — Останови своего пса! Нам нужно дождаться Калди с его группой.

И хотя ждать пришлось всего четверть часа, минуты эти показались капитану слишком долгими. Однако, чтобы не терять времени даром, Шатори обошел всю площадку, заглянул в шахтный ствол. Сначала удивился, почему преступник не бросил бухгалтера в ствол старой шахты, однако, посветив в темноту фонариком, все сразу же понял: ствол был завален породой.

Через четверть часа старший лейтенант Калди с группой прибыл к шахте. Солнце уже клонилось к горизонту.

Калди и Шатори обменялись мнениями. Лейтенант Кути нашел в кармане убитого бухгалтера удостоверение личности, какие-то чеки, ручку, календарик и двадцать форинтов. Все это Кути сложил в нейлоновый мешочек, чтобы при первой же возможности передать в лабораторию для исследования.

Калди тем временем занялся фотографированием следов. Ему удалось узнать, что незнакомец, появившийся вчера на шахте, и человек, с которым бухгалтер был утром в корчме, — одно и то же лицо.

— Здоровенный мужик, видимо… — заметил Чупати.

— А ты откуда знаешь?

— У него сорок пятый размер обуви!

Капитан подошел к лейтенанту Кути:

— Дай-ка мне календарик бухгалтера.

— Руками не берите, только пинцетом, — поучающим тоном сказал старшина.

Шатори бросил на Чупати насмешливый взгляд, однако руку свою на полпути остановил. Затем вынул из кармана чистый носовой платок и, взяв им календарик, учтиво спросил:

— Так хорошо будет?

— Хорошо, — серьезно ответил Чупати.

Капитан полистал календарик, затем раскрыл его там, где были записаны какие-то телефоны, и отдал его обратно Кути.

— Пусть твои отпечатки пальцев обведут в лаборатории красным карандашом! — попросил лейтенанта Чупати.

— Хорошо, хорошо! — Молодой следователь даже покраснел.

Шатори громко рассмеялся:

— В следующий раз, Кути, носи резиновые перчатки, а то как бы Кантор и его заслуженный хозяин не сочли отпечатки твоих пальцев за отпечатки пальцев преступника!

Все двинулись снова в путь. По дороге Калди рассказал, что ему удалось узнать в шахтоуправлении и в поселке о личности бухгалтера. Недавний развод, проживание на частной квартире, частые отъезды в конце недели и шестизначный будапештский номер, обнаруженный в календаре, — все это делало убитого бухгалтера загадочной фигурой.

— Можно зажечь фонарик? — тихо спросил Чупати.

— А почему бы нельзя? Можно. Уж не боишься ли ты бандита? — усмехнулся капитан.

— Бандита? — буркнул Чупати. — Какого бандита?

— А который зарезал бухгалтера. Если бы у бандита был пистолет, то он и нас бы сейчас малость побеспокоил. Это уж точно!

— Если бы да кабы… — проворчал Чупати, светя фонариком себе под ноги.

Ночью многие обитатели леса выходят на охоту. Откуда-то с горы донесся трубный глас оленя. Справа глухо ухал филин.

Во время ночной прогулки по лесу, если это можно было назвать прогулкой, чего только не приходит человеку на ум.

Некоторое время шли молча, натыкаясь друг на друга, на деревья и кустарники. Тропинка пошла под уклон. Кантор, хоть и бежал на четырех ногах, но и он нет-нет да и садился на задние лапы.

Обогнав овчарку, старшина пошел первым. Поскользнувшись, он плюхнулся на колючий куст и выругался:

— Знаешь, начальник! Пора бы распорядиться, чтоб нам на брюки, на самую задницу, нашили куски кожи.

— А на голову — футляр?

— У наездников же нашита кожа на заду, а ведь они только в седле сидят! Мы же вот уж сколько времени катимся на пятой точке с горы…

Вдруг Кантор остановился. Все вышли на опушку леса. Над головой виднелся небольшой лоскут ночного неба, а вокруг — темные силуэты гор. На востоке небо едва заметно посветлело.

— Не жалуйся! Все самое лучшее у нас впереди! — успокоил капитан старшину.

— Хорошо бы, — ответил старшина. — А сейчас хоть бы пивком горло промочить, но увы… фляги пусты… Обещай, начальник…

— Чего тебе пообещать?

— Ты же сам сказал, что Кантор опять приведет нас в корчму, об заклад бился… Или уже позабыл?…

— У тебя все мысли только вокруг корчмы и крутятся!

Конец этой словесной перепалке положил Кантор. Он вывел их на полевую дорогу, которая спускалась в долину. Через час пути дорога оборвалась над пропастью.

Над горами поднялась луна. Теперь можно было хоть что-то рассмотреть.

Капитан Шатори заглянул в пропасть, которая оказалась ни чем иным, как шахтной выработкой. Капитан устало сел на землю и сказал:

— Перекур пять минут.

Чупати опустился на траву, показав Кантору место возле себя. Пес послушно разлегся у ног хозяина.

Капитан вынул из планшетки карту и попросил старшину посветить ему.

— Где мы находимся? — поинтересовался Чупати.

— Судя по обрыву, это, наверное, бокситовая разработка. Здесь в основном все разработки бокситовые.

— И тот тип тоже об этом знает?

— Какой тип? — удивленно спросил Шатори.

— А которого мы ищем…

Вместо ответа капитан глубоко вздохнул и поднялся с земли.


7163610529566434.html
7163629805880178.html
    PR.RU™